Хрущёв о «проклятых педерастах»

Так было ли всё это нужно советскому народу?
55 лет назад лидер страны Никита Хрущёв разгромил вернисаж авангардистов в Манеже. Кто испытывал терпение власти, и какие цели при этом преследовал?




Новая реальность

Экспозиция «альтернативного искусства» 1962 года в Манеже не стала бы историческим событием, если бы не скандал с участием первого лица государства. Выставка художников студии Элия Белютина «Новая реальность» была лишь частью события, приуроченного к 30-летию Московского отделения Союза художников СССР. Располагалась она на втором этаже, и до нее высокие гости, включая Никиту Хрущёва, Михаила Суслова и Алексея Косыгина могли и не дойти. Ведь имена участников студии гостям ни о чём не говорили (Люциан Грибков, Юло Соостер, Тамара Тер-Гевондян, Владислав Зубарев,  Анатолий Сафохин, Вера Преображенская и пр.), а после разноса о них постарались забыть и подавно. Но далёкий от искусства Никита Сергеевич шёл оценить непонятное ему творчество целенаправленно. Еще с порога он бросил многообещающую фразу: «Ну, показывайте свои художества – признавайтесь, где тут у вас праведники и где грешники».





На «праведниках» не проронил ни слова – крепкие мастера соцреализма нареканий не вызывали. Силу обличительного гнева приберег для абстракционистов.






«Что это? Почему нет одного глаза? – возмутился Хрущев увидев женский портрет,– Это же морфинистка какая-то!»

«Говно» и «дерьмо»



«Это осел писал хвостом, что ли? – негодовал оскорбленный в лучших чувствах глава страны. — Что это за лица? Мой внук и то лучше нарисует! Вы что, рисовать не умеете? Вы кто – мужики или педерасты проклятые? Как можно такое малевать, у вас совесть есть?».
Разговору о педерастах предшествовало состоявшееся накануне разоблачение гомосексуальной группы в издательстве «Искусство».





Хрущёв не рвал не понравившиеся ему картины, как потом писала западная пресса. Более того, он их внимательно рассмотрел. Прежде чем отрезать, семь раз отмерил – зал обошел по кругу трижды! А потом поинтересовался у художников…  классовым происхождением: спросил, кто у них отцы. И лишь затем глава державы отпустил эмоции, характеризуя увиденное экспрессивной лексикой, где самыми мягкими определениями были «безобразие», «говно», «дерьмо» и «мазня».













Особенное неприятие у Никиты Сергеевича вызвало творчество известного ныне графика Бориса Жутовского. По воспоминаниям художника, к его автопортрету Хрущев подошел уже в кураже. «Лучше посмотри, какой автопортрет твой коллега написал, - сказал он автору. - Если в картонке вырезать дырку и приложить к работе  Лактионова, что увидим? Лицо. А если эту дырку приложить к твоей мазне, что получится? Прошу прощения у женщин – жопа».



Но больше всех, по словам Жутовского, досталось «главному модернисту» Эрнсту Неизвестному. Увидев его скульптуры, Хрущев заключил, что теперь понимает, кто изводит бронзу, которую на ракеты не достать. И тогда к скульптору подскочил человек со свиты. «Где бронзу взял? – заорал Александр Шелепин. – Ты отсюда у меня не уедешь!».
«Знаете, на что похоже ваше искусство? – обратился Хрущев к Неизвестному. – Это как в уборной залезть под стульчак и оттуда взирать на мир, когда на стульчак кто-то сядет. Вот такая ваша позиция, товарищ Неизвестный, вот так вы и творите».






На кого работаете?

Неизвестного ранили слова Хрущева, что он проедает народные деньги, а производит дерьмо. И когда скульптор попытался возразить, что тот не разбирается в искусстве, Хрущев парировал: «Шахтером я был – не понимал, политработником был – не понимал, и сейчас, глава партии, не понимаю. Так для кого же вы тогда работаете?».
Скульптор привел в пример коммунистов, которым нравится его творчество: Ренато Гуттузо и Пикассо. Хрущев недоверчиво прищурился: «А лично вас волнует тот факт, что они коммунисты? Тогда не берите в голову. Мне ваши работы не нравятся, а я – коммунист №1».



По воспоминаниям организатора выставки Элия Белютина, Хрущёв грозился отправить участников выставки на лесоповал: «Пусть отработают всё, что на них потратило государство. Говорю как Председатель Совета Министров: это все не нужно советскому народу!».



Разгромная статья в «Правде» о необходимости противостояния диверсии буржуазной идеологии в сфере искусства положила начало кампании против абстракционизма и формализма в СССР. Запретив деятельность экспонентов, Хрущёв потребовал и в прессе «поклонников этого выкорчевать». На последовавших за посещением Манежа встречах с творческой интеллигенцией он поделился впечатлениями от прогулки по заснеженному лесу: «Как прекрасны ели в белых шапках и блестящие на солнце снежинки! А всякие абстракционисты и модернисты хотят перевернуть эту красоту вверх дном. Художники едят народный хлеб и должны служить народу. А если народ их не воспринимает, кого они тогда обслуживают?».





На манеже всё те же

Вопрос этот можно было бы считать риторическим, если бы на него не ответили сами «гонимые». Впоследствии многие из уехавших из страны деятелей искусства «упали в цене»: после развала СССР в услугах «обличителей режима» надобность отпала, и спрос на их творчество резко иссяк.









К полувековому юбилею художественной выставки в Манеже московские власти совместно с музейщиками и Министерством культуры России повторили экспозицию 1962 года в пафосной акции с аудио-видео-инсталляциями «Те же в Манеже». Интерес к этому культурному событию был огромным, но никаких художественных сенсаций оно не принесло. Так, может, не стоит безоговорочно критиковать за давнишний разнос Никиту Хрущева? Истинные цели неформальных выставок хрущевской поры лежали не в плоскости искусства.



Многие годы выставки в столице могли проходить лишь с разрешения Московского союза художников, и у «неофициальных» деятелей не было шансов показать свое творчество. Через пять лет после событий в Манеже нашлись нарушители канонов, организовавшие общую экспозицию для «свободных» художников. Выставка «не членов» МОСХ проработала 22 января 1967 года всего пару часов, после чего горком партии и КГБ «лавочку прикрыли».



Такая же судьба ждала выставку Олега Целкова, закрытую в Доме архитектора через 10 минут после открытия. Вернисаж в Институте международных отношений продержался 45 минут, а выставка Эдуарда Зюзина в кафе «Аэлита» - три часа.




Вот это пиар!

Но самым громким стало закрытие выставки 15 сентября 1974 года – ее просто снесли бульдозерами, отчего и назвали «Бульдозерной». О таком «подарке» властей протестующие могут только мечтать. А для художников это был еще и личный пиар: их картины разошлись по зарубежным коллекциям.



Идею «неофициальной» выставки на открытом воздухе коллекционер Александр Глезер вынашивал пять лет – с 1969 года. Помочь осуществить задуманное вызвался лидер нонконформистов Оскар Рабин. В целом в инициативной группе оказалось 13 человек: кроме Оскара Рабина, его сын Александр Рабин, Борух Штейнберг, Надежда Эльская, Александр Меламид, Юрий Жарких, Евгений Рухин, Виталий Комар, Владимир Немухин, Валентин Воробьев, Василий Ситников, Лидия Мастеркова и Игорь Холин. Последний в списке дает повод вспомнить фразу Остапа Бендера: «Хочу вас спросить как художник художника – Киса, вы рисовать умеете?». Дело в том, что этот участник выставки и кисти в руках не держал: зато сочинял стихи и был одним из авторов советского «Букваря».



Выставиться решили на пустыре в Беляево, где на тогдашней окраине начал работать Останкинский телецентр. Предусмотрительно пригласили друзей – иностранных журналистов. Один из них и увез на немецкой машине с «поля битвы» брошенного в лужу художника, полезшего в драку с обидчиками, по его собственным словам, первым. В его же мемуарах находим подробность о «присутствии желанного телевидения». Картинка для зарубежных дипломатов в данном случае оказалась важнее, чем сброшенные на самосвал полотна непризнанных живописцев (некоторые участники акции не стали рисковать работами и даже не разворачивали принесенные холсты).




Вызов режиму

Метафорической точкой под импровизированным перформансом стал повисший на ковше бульдозера Оскар Рабин. После этих событий он был выслан из страны и осел с семьей в Париже (как и другие участники «Бульдозерной выставки»), а не так давно получил российское гражданство. В одном из зарубежных интервью (Лондон) организатор выставки заявил, что готовил ее как политическую акцию, а не как художественное событие: это был «вызов репрессивному режиму».





Резонанс за рубежом вынудил власть пойти на уступки и уже через пару недель разрешить подобную выставку в Измайлово, названную западной прессой «четырьмя часами свободы». 29 сентября 1974 года на открытом пространстве выставили свои работы 40 художников, а посмотреть на «неформальное творчество» пришли полторы тысячи человек. Но зрителей ждало разочарование – общий уровень качества оказался посредственным. Участвовавший в выставке Борис Жутовский объяснил это тем, что лучшие работы были уничтожены в Беляево.




…А что касается Хрущева, то в конце жизни он покаялся за свои попытки приструнить творцов «палкой и окриком»: они, мол, не кони, чтобы в упряжке, под плетью, по борозде ходить. Видимо, Никите Сергеевичу напомнили, кто был его союзником в антисталинском курсе. О роли либеральной интеллигенции, кажется, уже все сказано.




© Вячеслав Капрельянц, 2017
@

Если вам понравился пост, разместите его в своем блоге, чтобы его могли прочитать ваши друзья! ;)
promo goodspb september 8, 17:46 446
Buy for 100 tokens
Вот поэтому Путин – не ваш, а мой президент. Потому что я – русская. А вы – не русские. Моя статья «Я русская! Я устала извиняться!» привлекла такое количество троллей разного вида и происхождения, что сумела набрать 2400 комментариев. Кем меня только не…
А вот сейчас этих пидарасов-перфекционистов-активистов...., не гоняют,а даже деньги дают из бюджета((
А надо бы пиздить.
Они воспевали низменное. Но это не объяснишь широким массам. Все забивается табличкой "художник". А что там за ней уже не видно.

Художники в СССР были на гособеспечении. Тем более понятен гнев Хрущева. Мерзкое, отвратительное и уродливое - это знамя либерастов. Естественно им не будет оказываться помощь советского общества. им не было места на советских выставках, в советских залах. но не более. Кисточки у них никто не вырывал и руки не связывал. Все что с ними происходило было нормально, цивилизованно, гуманно и естественно.

Имеет право существовать такое искусство? Имеет. И оно спокойно существовало. Обязано государство поддерживать деструктивные и болезненные явления в искусстве? Нет. Вот это ровно и происходило. Разве что Хрущев эмоционально отреагировал на камеру.
Согласна полностью. Писать и рисовать можно что угодно, так же как и снимать, но на свои деньги. Если не жалко или если уверены, что народ на это искусство будет покупать билеты. А государство должно иметь четкую позицию относительно того что оно будет спонсировать а что нет.