Как жестокий сталинский режим казнил инвалидов. 1933 г.

Валерия Пименова, сборник "Уголовный розыск. Петроград - Ленинград".

         Расследование этого уголовного дела началось 30 августа 1933 года, когда в лесном массиве, прилегающем к району Пороховых, грибники наткнулись на два трупа. Недалеко от убитых лежала тяжелораненая женщина.
   Напуганные страшной находкой, грибники наспех перевязали раненую и вызвали "скорую помощь" с милицией. На место преступления немедленно прибыли сотрудники угрозыска. Вместе с милиционерами территориального отделения они прочесали прилегающую территорию и нашли... еще два трупа. У убитых оказались при себе документы. Это были супруги Костромины, отправившиеся в лес по грибы.
  К вечеру удалось установить личности двух других убитых - ими оказались ленинградцы Сельцер и Тихомиров, а раненой - гражданка Поппель. К сожалению, даже после оказания медицинской помощи она находилась в тяжелом состоянии и ничего не могла рассказать.
   Четыре трупа и тяжелораненая женщина в один день - беспрецедентный случай. Ленинградский уголовный розыск в начале 1930-х сталкивался с такими преступлениями крайне редко. Особенно поражала бессмысленная жестокость преступника - что можно взять у человека, собравшегося в лес за грибами...



pasport.jpg

    Убийца действовал явно в одиночку. То, что он забрал корзинку с грибами, наталкивало на мысль, что он, скорее всего, живет где-то поблизости и является либо ленинградцем, либо жителем сопредельного Всеволожского района.
    К многочисленным вопросам добавили загадок и криминалисты. Их вывод был однозначен: убийца стрелял, скорее всего, из револьвера системы наган. А во-вторых, стрелял самодельными патронами. Это определили по пулям, извлеченным из тел убитых. Однако сыщики, как ни старались, нигде не могли найти стреляные гильзы.
    Уже в кабинете родилась версия, что убийца, возможно, имеет какую-то особую примету, делающую его легкоузнаваемым, - именно поэтому он не оставлял в живых тех, кого грабил. Такой приметой мог быть шрам, уродующий лицо, хромота, дефект речи.
   Группу по раскрытию убийства возглавил Яков Александрович Колодей. В тот день он со своими сотрудниками засиделся в кабинете допоздна, а 31 августа ровно в девять утра вся группа собралась снова.
    Больше всех "повезло" одному из самых молодых сотрудников бригады Василию Васильевичу Панову. Ему было поручено отыскать мастерскую, где преступник изготавливал кустарные патроны.
    Нашлись "везунчики", которые получили корзинки для грибов, охотничьи ружья и под видом грибников и охотников углубились в лесной массив, рассчитывая, что преступник выйдет на них.
   Все "грибники" имели часы, которые в то время были для советских граждан большой ценностью. И если уж преступник позарился на ношеную одежду и обувь грибников, рассуждали оперативники, то на часы он клюнет обязательно. По сути, сотрудники угрозыка служили живой приманкой в этой довольно рискованной игре.

foto-17.jpg

        Первый день, как и последующие, не принесли никаких результатов - ни подворный обход, ни подвижные засады. Панов "прочесывал" артели, но тоже безрезультатно. Тяжелораненая Поппель по-прежнему находилась в тяжелейшем состоянии и не могла дать показания. А в конце сентября, несмотря на все усилия врачей, она скончалась.
  Сам преступник затаился. Казалось, что он покинул Ленинград, и вдруг...2 декабря 1933 года в том же районе Пороховых были убиты и ограблены возвращавшиеся с базара супруги Петровы. Убийца стрелял сзади, в голову.
  С убитых были сняты одежда и обувь, забрана плетеная кошелка с продуктами и 85 рублей наличных денег. Эксперты дали однозначное заключение: Петровы убиты самодельными патронами, выпущенными из того же нагана, который стрелял в августе.
  Обсуждая новое происшествие, Колодей и его подчиненные уже не сомневались, что убийца проживает где-то на Пороховых. Началась самая трудная, самая кропотливая часть работы - проверка под-учетного элемента.
  К этому времени Панов свел поиски мастерской, где делались патроны, до нескольких артелей, где внимательно изучал людей, там работавших.

foto-14.jpgfoto-16.jpg

         Бедой было то, что оперативники шли по "холодным" следам - после убийства Петровых прошло уже четыре месяца. Круг подозреваемых хоть и сужался, но убийца продолжал разгуливать на свободе, а главное - мог вновь начать убивать людей.
   И он выстрелил! Это произошло 11 апреля 1934 года. В тот день прохожие нашли в Пундоловском лесу труп некоего Хейфица - кустаря-одиночки, который зарабатывал на хлеб изготовлением и ремонтом замков. По словам его родственников, преступник забрал у убитого часы, чемоданчик с замками, 150 рублей. И - омерзительная подробность - вырвал три золотые коронки.
   К удивлению сыщиков, при осмотре места преступления были обнаружены следы женских туфель. У преступника появилась сообщница? Или это была случайная прохожая?.. Словом, следы "таинственной незнакомки" добавили бригаде Колодея новых хлопот. Но одно было бесспорно - следы вели на Пороховые.
  А преступник вновь затаился и дал о себе знать только 13 ноября 1934 года, когда в лесном массиве близ Пороховых был найден труп птицелова Бухарина. Но к моменту обнаружения убитого следы безнадежно "остыли" - старичок жил одиноко, о его исчезновении в милицию никто не сообщил, и труп пролежал в лесу несколько дней. Бандит взял у старика клетки, в которых тот держал пойманных птиц, сетки и силки...
  11 января 1935 года приблизительно в километре от места убийства Бухарина преступник застрелил возвращавшихся из ломбарда супругов Хикконен, а спустя еще несколько часов - супругов Гросс.
         С Хикконенами убийце не повезло - кто-то его спугнул, и он даже не обыскал трупы. У супругов Гросс, возвращавшихся домой по лесной тропе, преступник забрал небольшую сумму денег, снял валенки и старенькие пальто.

28okt.jpg

         И все же упорство, проявленное бригадой Колодея, принесло свои результаты. Первым добился успехов Василий Панов. Он все же сумел найти артель, где некий Трофимов отникелировал части револьвера наган. Это были не искомые Пановым кустарные патроны, но...
   Хотя Трофимов и не состоял на милицейском учете, но характеризовался как лодырь, прогульщик, пьяница, а самое главное - он жил на Пороховых, и среди его дружков-собутыльников были люди, проверяемые на причастность к убийствам. Правда, на все дни убийств у Трофимова было, что называется, "железное" алиби. И все же им и его окружением сотрудники угрозыска занялись вплотную.
   Внимание сыскарей привлекли еще два человека - некие Герасимов и Лабуткин. Удалось выяснить, что именно Герасимов изготовил кустарные патроны к нагану, а наблюдение и изучение личности Александра Лабуткина окончательно уверили Колодея и его подчиненных в том, что они на верном пути.
    У тихого и скромного безрукого инвалида Лабуткина оказалась весьма бурная биография. Ему не исполнилось еще и тридцати, а за плечами у него было уже четыре судимости. Судили его в основном за мелкие кражи, и обычно он отделывался либо общественным порицанием, либо небольшими сроками заключения, которые ни разу не досидел до конца - попадал под амнистию.

0_ab186_d0adf618_XXXL.jpg

   Надо сказать, что привычка красть дорого обошлось Лабуткину. У него была очень хорошая профессия - отстрельщик оружия, сошедшего с заводского конвейера (в основном револьверов наган, поэтому стрелял он с обеих рук великолепно).
   На полигоне, где работал Лабуткин, испытывались также различные виды взрывчатки. Под шумок ему удалось стащить пироксилиновую шашку - хотел выкорчевать пень на огороде. Но взрывником Лабуткин оказался никудышным: шашка взорвалась у него в руках, и правую руку пришлось ампутировать. Выяснилась еще одна интересная деталь: Герасимов и Лабуткин были двоюродными братьями.
   Сотрудники угрозыска заинтересовались и Мариной, женой Лабуткина. Она отличалась скандальным характером и уже имела судимость за воровство. Вот уж воистину: рыбак рыбака видит издалека.
  На дни убийства у Лабуткина, в отличие от Герасимова и Трофимова, алиби не было. Но даже у опытных оперативников, прошедших через "револьверный лай" двадцатых годов, не укладывалось в голове, что молодые люди, только что ставшие родителями, убивали людей из-за ношеных вещей и мизерных денег.
   А в это время, 17 февраля 1935 года, на Пороховых вновь прогремели выстрелы. На этот раз жертвой стал гражданин Бауэр. Колодей не сомневался, что это убийство – дело рук подозрительной троицы с Пороховых. Но кто из них конкретно стрелял, у кого спрятан револьвер?

milicia-07-02.jpgmilicia-07-04.jpg
milicia-07-08.jpgmilicia-07-07.jpg

         А преступник уже уверовал в свою неуловимость. Он постоянно сокращал сроки между убийствами, и 18 марта 1935 года напал на гулявших в весеннем лесу сотрудников одного из ленинградских ресторанов Сакаева и Андерсон.
   Убийца выскочил из кустов, выстрелом в голову убил Сакаева, а затем набросился на несчастную женщину. Снял с пальцев кольца, цепочку с шеи, забрал наличные деньги, а потом... попросил у своей жертвы адресочек.
    Перепуганная до смерти Андерсон никому, даже товарищам по работе, ничего не рассказала о разыгравшейся в лесу кровавой драме. В милицию обратились родственники убитого Сакаева. Выяснить с кем и куда он отправился погулять, оказалось несложно.
    Чтобы не травмировать Андерсон вызовом в милицию, Колодей сам пришел к ней домой. Она сильно нервничала, долго не могла собраться с мыслями, но в конце концов взяла себя в руки и рассказала о происшествии. И назвала главную примету убийцы - отсутствие правой кисти на руке. Круг замкнулся.
     Получив в прокуратуре санкции на арест Лабуткина и обыск у него дома, Колодей разбил своих людей на две группы. Первая выехала на обыск, а вторая во главе с Яковом Александровичем отправилась задерживать убийцу.

ris-48.jpg
ris-45.jpg

         Обыск дал более чем неожиданные результаты - улики, что называется, лежали на виду. Были найдены птичьи клетки старика Бухарина, ломбардные квитанции супругов Гросс, вещи убитого Сакаева, колечки и цепочка Андерсон. В детекторном приемнике (большая роскошь для тех лет) был обнаружен никелированный наган и патроны к нему.
   Во время обыска мать и жена Лабуткина пытались спровоцировать оперативников на скандал. Мария Лабуткина, подняв над головой грудного ребенка, пыталась добиться отмены обыска, угрожая в знак протеста бросить его на пол. Благим матом орала мамаша Лабуткина.
   Но спокойно, вежливо и настойчиво сотрудники милиции делали свое дело. И с каждой найденной новой уликой голоса скандалисток стихали. Что-то глухо стукнуло об стол - это был хромированный наган. И Лабуткин, крайне неохотно, но заговорил под тяжестью улик...
   У Александра Лабуткина была хорошая профессия, он неплохо зарабатывал, но все время воровал. Его не могли остановить ни товарищеские суды, ни суд народный, ни лишение свободы. Даже то, что из-за кражи он стал инвалидом. А женитьба, как ни странно, лишь способствовала его алчности.
   Со временем у Лабуткина появилось желание не только воровать, но и убивать. Он раздобыл наган, попросил Герасимова (не бесплатно, разумеется) изготовить к нему патроны, которые и опробовал на несчастных грибниках.
Дальше - больше: Лабуткин захотел убивать из красивого оружия, и Трофимов, опять-таки за бутылку, отникелировал наган. С красивым наганом он и пошел на убийства, теперь уже с целью обогащения...

gai36.jpggerbzol36.jpg
bezimeni_160.jpg

         На допросах Лабуткин твердил, что совершал преступления из-за бедности. Но даже по тем временам семейство Лабуткиных никак нельзя было назвать бедняками - у них имелся большой участок, огород, скотина.
   Все это приносило пусть скромный, но стабильный достаток. Даже став инвалидом, Лабуткин получал зарплату по месту работы, а жена ни до, ни после родов не работала. Как не работала и его мать.
   Под стать мужу была и жена. Она была в курсе всех его дел. Более того - именно Мария, познакомившись с кустарем     Хейфицем, продумала план его ограбления и убийства. Знала о "подвигах" сына и мамаша. Вместе с невесткой отстирывала и готовила к продаже вещи убитых.
   Но Лабуткину хотелось большого дела. Таким должно было стать убийство семьи лесника. Лабуткин уже добился согласия идти на дело своего собутыльника и родственника Герасимова, который делал ему патроны, и некоего Ковалева, спившегося и опустившегося алкаша, готового за бутылку пойти куда угодно и на что угодно. Готов был идти на дело и Трофимов. Арест предотвратил новое преступление.

  Судил Лабуткиных и его сообщников не народный суд, а Особое совещание. Приговор был беспощаден. "Лениградская правда" сообщила о нем в небольшой рубрике "Из зала суда".

3c3f17e3ca.jpg


milicia-07-01.jpg
Оригинал взят у logik_logik в Как жестокий сталинский режим казнил инвалидов. 1933 г.
promo goodspb september 8, 17:46 364
Buy for 100 tokens
Вот поэтому Путин – не ваш, а мой президент. Потому что я – русская. А вы – не русские. Моя статья «Я русская! Я устала извиняться!» привлекла такое количество троллей разного вида и происхождения, что сумела набрать 2400 комментариев. Кем меня только не…