Исраил 95REG (israil_95reg) wrote in goodspb,
Исраил 95REG
israil_95reg
goodspb

Categories:

КНР на Южном Кавказе

В то время, когда очевидна потребность в диверсифицированной внешней политике на Южном Кавказе, Пекин создает политические рамки, привлекательные для стран региона. Кроме того, нежелание КНР вмешиваться во внутренние проблемы региона делает его удобным партнером для всех.



Тема Южного Кавказа - Армении, Азербайджана и Грузии - часто поднимается в более широком контексте вопросов международной безопасности в Черноморском регионе и на Ближнем Востоке. Однако высокая концентрация конфликтов, разные отношения с соседними державами и отсутствие региональной интеграции не позволяют воспринимать регион исключительно как пространство для прокси-конфронтации между РФ и Западом, особенно сейчас, когда новые игроки - в первую очередь КНР - все активнее вовлекаются в регион. Возросшее в последние годы масштабы сотрудничества КНР с Южным Кавказом превращает Пекин в одну из сил влияния в регионе.

Армению, Азербайджан и Грузию нельзя назвать приоритетными направлениями внешней политики КНР. Они не граничат с КНР, и их экономическое сотрудничество пока не так велико, хотя и быстро развивается. Тем не менее, Южный Кавказ представляет интерес у Пекина в качестве важной части глобального проекта BRI.

Еще в 2015 г, КНР подписал с Грузией, Арменией и Азербайджаном различные документы, касающиеся их участия в инициативе в BRI. В 2017 г, КНР и Грузия подписали соглашение о свободной торговле: первое в своем роде соглашение на всем постсоветском пространстве.

Сделка должна была стимулировать развитие двусторонней торговли, которая уже выросла почти в 80 раз с 2002 по 2015 гг. В настоящее время поток товаров из КНР в Грузию, конечно, намного больше, чем в обратном направлении, но Грузия также имеет удалось увеличить экспорт на китайский рынок. Начав практически с нуля 10 лет назад, КНР сейчас входит в десятку крупнейших экспортных партнеров страны, на долю которого в 2018 г, приходилось более 5% грузинского экспорта.

КНР также уделяет пристальное внимание Азербайджану, на который приходится более 40% общего товарооборота КНР с регионом. Китайская государственная компания CTIEC Group участвовала в строительстве большого цементного завода Norm в Баку, и Пекин также очень заинтересован в новой ЖД Баку-Тбилиси-Ахалкалаки-Карс, как в окне из Азии в ЕС. Однако на данный момент, несмотря на отдельные заявления местных политиков и экспертов, Южный Кавказ не стал значительной транзитной территорией из КНР в Европу. Многое остается на уровне планов и деклараций, но нельзя сказать, что ситуация останется такой.

Позиция Армении с точки зрения инфраструктурных программ не очень сильна: из четырех границ страны открыты только границы с Грузией и ИРИ, поэтому Армения не участвует во многих региональных логистических и энергетических проектах. Однако он по-прежнему представляет интерес для Пекина как связующее звено между Евразийским экономическим союзом и Тегераном. Что касается импорта, КНР уже является вторым по величине партнером Армении после РФ.

Южный Кавказ важен для КНР не только по экономическим причинам. Вот уже несколько лет Пекин занимается проблемами радикального Ислама в СУАР. Учитывая близость к Ближнему Востоку, Кавказский регион важен в контексте борьбы с этой угрозой. Ключевые фигуры террористической организации ИГИЛ прибыли из Панкисского ущелья Грузии, и, по данным службы безопасности группы Суфан, по состоянию на конец 2017 г, 900 человек из Азербайджана и 200 граждан Грузии были причастны к ИГИЛ на Ближнем Востоке.

У стран Южного Кавказа есть свои причины, по которым они хотят сотрудничать с КНР. Для Грузии и Азербайджана, у которых есть сепаратистские регионы, чрезвычайно важно, чтобы КНР последовательно отстаивал принципы территориальной целостности. КНР не заинтересован во вмешательстве в вопросы, касающиеся целостности других стран, поскольку у него есть свои проблемы с Тайванем, Тибетом и Синьцзяном, и он, конечно, не будет ценить иностранное вмешательство в них.

При посещении Тбилиси, Ван И сказал, что КНР уважает "независимость", "суверенитет" и территориальную целостность Грузии. В ответ закавказские лидеры также готовы продемонстрировать солидарность с Пекином. Ильхам Алиев сказал: "Что касается вопроса о Тайване, наша страна всегда стоит на позиции единого КНР. Эта позиция не изменится".

Однако ситуация не совсем черно-белая. Если Баку, избравший путь равной удаленности от мировых центров силы, может позволить себе больше пространства для маневра в отношениях с Пекином, то сближение Тбилиси с КНР регулярно подвергается критике со стороны Запада. Визит Вана в Грузию, например, вызвал недовольство в США. Премьер-министр Грузии Мамука Бахтадзе в свое время, был подвергнут в Вашингтоне "разоблачению" Майком Помпео по поводу экономических планов Грузии с КНР, в которых КНР был описан как, "мнимый друг" у которого нет наилучших интересов в Грузии, хотя именно Грузия, несмотря на заявленное намерение вступить в НАТО и ЕС, остается единственным государством на Южном Кавказе, подписавшим соглашение о свободной торговле с КНР.

В отношении КНР у Армении другие цели. Столкнувшись с отсутствием региональной интеграции и зависимостью от динамики российско-грузинских отношений, поскольку Армения не имеет границ с РФ, Ереван стремится расширять свои международные связи во всех направлениях.

Для всех трех стран КНР играет роль альтернативы РФ и Западу. Тбилиси, Ереван и Баку устали от вечных споров между Москвой, Вашингтоном и Брюсселем на своей территории. В этом отношении Пекин рассматривается как возможный противовес.

По мнению стран Южного Кавказа, КНР, продемонстрировал последовательность в своей внешней политике, независимо от того, что происходило в Косово, Абхазии и Крыму.

Для малых государств правила игры в международных отношениях чрезвычайно важны, в отличие от крупных держав, которые могут позволить себе импровизировать. На Южном Кавказе это приводит к прагматическим подходам к внешней политике - отсюда Грузия подписывает соглашение о свободной торговле с Пекином, будучи полна решимости вступить в НАТО.

Еще рано говорить о Пекине как о главном игроке в регионе. КНР проводит тщательную дипломатическую разведку в Закавказье, исходя из своих экономических отношений со странами. У Пекина нет желания участвовать в разрешении этнополитических конфликтов. С точки зрения КНР, РФ могла бы сыграть положительную роль в регионе, потому что она традиционно имела здесь влияние. Однако, есть вероятность того, что РФ выбрала сторону Запада и КНР переключились с тех пор на Турцию. А Турция, как мы можем наблюдать, в отличии от РФ - делает успехи, собрав в единое ось Азербайджан-Грузия-Турция. Армения же - с нее вопрос будет решен при помощи ИРИ скорее всего, дабы нужно выбить Армению из зависимости от РФ и США.

В то время, когда очевидна потребность в диверсифицированной внешней политике на Кавказе, Пекин создает политические рамки, привлекательные для стран региона. Кроме того, нежелание КНР напрямую, вмешиваться во внутренние проблемы региона делает его удобным партнером для всех.
Subscribe

  • Осенний день год поит. 1 часть.

    Ежегодный дачный урожай яблок долгие годы печалил меня невозможностью его полноценного использования и переработки, ибо площадей для зимнего…

  • Хмурое утро понедельника 2021 года.

    Предатели своего народа в годы Великой Отечественной войны указывали немецко-фашистским захватчикам на участников подполья и на места базирования…

  • Тихая-тихая пятница

    Никакой агитации, никакой политики, только исключительно осознание и осмысление завершения рабочей недели и предвкушение грядущих выходных, сколь…

promo goodspb september 8, 2017 17:46 809
Buy for 200 tokens
Вот поэтому Путин – не ваш, а мой президент. Потому что я – русская. А вы – не русские. Моя статья «Я русская! Я устала извиняться!» привлекла такое количество троллей разного вида и происхождения, что сумела набрать 2400 комментариев. Кем меня только не…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments