Исраил 95REG (israil_95reg) wrote in goodspb,
Исраил 95REG
israil_95reg
goodspb

Categories:

Экономические рычаги влияния ИРИ в Ираке

ИРИ все больше внимания уделяет обеспечению своего доступа на иракский рынок, второй по величине импортер иранских товаров, не связанных с нефтью. Успех связанного с Тегераном Альянса ФАТХ Хади аль-Амири, который занял второе место после Сайруна Моктады ас-Садра на парламентских выборах в Ираке 12 мая 2018 г, дал Тегерану рычаги воздействия на то, чтобы назначить на пост премьер-министра лояльного иракского политика. Касем Сулеймани курсировал периодически (до убийства в 2020 г) между политиками в Багдаде, чтобы попытаться включить Альянс ФАТХ в широкую парламентскую коалицию. Тем не менее, даже до выборов Тегеран настаивал на расширении возможностей своих сетей лояльных военизированных формирований в стране, отчасти для того, чтобы укрепить свой контроль над экономической политикой Ирака, на которую Тегеран не имеет большого влияния по сравнению с политикой безопасности и национальной политикой.



Тегеран активизировал свои усилия по компенсации потерь доходов за счет активизации экономического сотрудничества с Ираком после референдума о "независимости" Курдистана в сентябре 2017 г, когда ИРИ заблокировал пересечение границы с Иракским Курдистаном (KRI). По данным Иранской организации по содействию торговле, общая стоимость иранского не нефтяного экспорта в Ирак выросла на 13% за первые семь месяцев 21 марта 2017 - 20 марта 2018 по сравнению с теми же месяцами предыдущего года. Однако после курдского референдума годовой рост упал до минус 1% к концу первых десяти месяцев - середине января 2018 г.

Выход США из СВПД 8 мая 2018 г, который, вероятно, снизил доходы ИРИ от экспорта сырой нефти и внешней торговли, подталкивал Тегеран не только к компенсации его торговых потерь через KRI, но и к дальнейшему проецированию экономического влияния в Ираке и за его пределами в войне. Основа не нефтяной экономики ИРИ, его внутренний сектор, вероятно, застал стагнацию из-за санкций и оказал прямое воздействие на множество связанных не нефтяных отраслей, от цемента и стали до нефтехимии. Стагнация внутреннего потребления подтолкнула ИРИ к увеличению экспорта не нефтяных товаров, где соседние и союзные страны, такие как Ирак и САР, были главными приоритетами.

Один из способов, которым ИРИ пытается повысить свою экономическую роль в Ираке, - это финансирование усилий по восстановлению, в которых его не нефтяная промышленность могла бы сыграть важную роль. Министр иностранных дел ИРИ Мохамед Джавад Зариф возглавил делегацию на Кувейтской международной конференции по восстановлению Ирака, которая проходила 12-13 февраля. Хотя делегация Зарифа в то время не обещала помощи, вице-президент ИРИ Эшак Джахангири пообещал предоставить кредитную линию в размере 3 млрд$ на восстановление Ирака во время своего визита в Багдад 7 марта. Эта сумма меньше того, что Турция обещала на конференции в Кувейте, но превосходит то, что обещала КСА. Впоследствии министр обороны ИРИ Амир Хатами посетил своего коллегу в Багдаде 18 апреля на первой совместной комиссии по сотрудничеству в области обороны, комментируя, что ИРИ несет ответственность за участие в восстановлении Ирака. Однако из-за собственного тяжелого финансового положения, которое ухудшилось в результате возобновления санкций, ИРИ, вероятно, не мог позволить себе финансирование значительных проектов восстановления в Ираке. Из-за этого иранское руководство, возможно, полагалось на предложение займов вместо грантов.

Кроме того, Тегеран также стремится потратить средства на экономические схемы, которые могут поддержать иранское влияние в Ираке, помогая создавать экономические основы - и развивать существующие программы социального обеспечения - связанные с лояльными военизированными силами в рамках PMU, такими как Асаиб Ахль аль и Харакат Хезболла аль-Нуджаба. Тем самым Тегеран надеется повторить опыт басидж, добровольческого военизированного подразделения КСИР, которые активно участвовали в восстановлении страны после ирано-иракской войны. Басидж, на котором строится структурная модель PMU Ирака, имеет важный экономический компонент, который делает его более самодостаточным и, следовательно, более устойчивым к глобальной экономической системе, в которой доминируют США.

ИРИ уже пытался воспроизвести модель Басидж в Ливане, где щедрое иранское финансирование в 1988 г позволило Хезболле основать организацию "Джихад аль-Бина", целью которой является оказание помощи в развитии. Как и в случае с "Хезболлой", поддерживаемые ИРИ военизированные формирования уже создали небольшие фонды в Ираке, в частности, Шухада Ахль аль-Хак, который оказывает помощь семьям членов Асаиб Ахль аль, погибших в бою. В Ливане такие организации усилили местную зависимость за счет дальнейшего развития клиентелистских сетей, но их масштабы были ограничены из-за относительного отсутствия в стране экономических возможностей. В богатом нефтью Ираке государственные агентства могут нанять эти фонды на субподряд для выполнения проектов, что увеличит их размер и возможности. Например, хотя в настоящее время они сосредоточены на социальных услугах, таких как строительство школ и содержание клиник, при поддержке ИРИ и доступе к банковской системе Ирака, они могли бы перейти к более сложным проектам, таким как строительство мостов и ремонт систем электроснабжения и водоснабжения.

В долгосрочной перспективе ИРИ, вероятно, надеется, что экономический потенциал Ирака с учетом его нефтяных ресурсов, культурного значения и необходимости восстановления позволит иранским организациям использовать мягкую силу, предоставляя свой технический опыт для расширения экономического участия таких иракских военизированных формирований, которые, следовательно, были бы более конкурентоспособными, чем другие организации. ИРИ надеется, что из-за плохого управления Ираком эти организации будут иметь больше возможностей влиять на экономическую политику в пользу иранских экспортеров и инвесторов по сравнению с другими международными компаниями, против которых иранские фирмы в настоящее время не могут эффективно конкурировать на рынке.

По словам Хамида Хоссейни, главы Совместной торговой палаты ИРИ и Ирака, ИРИ стремится увеличить свой не нефтяной экспорт в Ирак примерно до 15 млрд$ в течение следующих двух лет по сравнению с нынешними 10 млрд$. Тем не менее, помимо проблем с двусторонними банковскими операциями, связанных с ограниченным доступом к сторонним валютам, таким как доллар, иранский экспорт в Ирак сталкивается с высокими тарифами и квотами. Торговые представители ИРИ часто подразумевают, что торговая политика, которая в настоящее время ограничивает экспорт в Ирак, находится вне сферы влияния ИРИ, потому что иракские государственные учреждения и министерства распределены между столь многими расходящимися политическими партиями, что для влияния на любую политику требуется наличие связей с широким кругом субъектов.

Слабое включение этих фондов или организаций в государственную структуру, например, под зонтиком восстановления при поддержке правительства для "независимых" иракских фондов, может побудить иракское правительство открыть дверь для вспомогательных экономических структур Ирака, многие из которых будут связаны с Тегераном, в облегчить их способность способствовать реконструкции. Под давлением поддерживаемых ИРИ полувоенных формирований это может включать снижение тарифов на импорт строительных материалов из ИРИ или, что более важно, использование иранских инженерных служб. Это увеличит инвестиции и экспорт на иракский рынок, что открывает дополнительные возможности для фондов и фирм, связанных с КСИР и Басидж, играть ключевую консультативную роль для своих братских иракских структур, усиливая не военное влияние ИРИ в стране.

Усилия ИРИ по постепенному изменению институциональной сферы все чаще включают наделение лояльных политических деятелей и сил безопасности новыми экономическими полномочиями. Усиление влияния связанных с Тегераном военизированных формирований в иракском парламенте и правительстве может позволить этому развиваться дальше.
Subscribe

promo goodspb september 8, 2017 17:46 810
Buy for 200 tokens
Вот поэтому Путин – не ваш, а мой президент. Потому что я – русская. А вы – не русские. Моя статья «Я русская! Я устала извиняться!» привлекла такое количество троллей разного вида и происхождения, что сумела набрать 2400 комментариев. Кем меня только не…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments